Беседа "За Жизнь"
Беседа протоиерея Димитрия Смирнова с Юрием Евгеньевичем Горским, вице-президентом международного фестиваля социальных технологий в защиту семейных ценностей "ЗА ЖИЗНЬ" . Главная тема разговора - законодательная инициатива по запрету в России детоубийств и об использовании эффективных методов работы с общественным мнением и молодёжной аудиторией в реальной жизни и в интернете, в социальных сетях, о стратегии и тактике борьбы против узаконенных убийств детей (абортов) и против фашистского уничтожения нашего народа, проповедуемого либералами и другими ненавистниками России..

– Здравствуйте, Юрий! Что Вас понудило к нам сегодня прийти?

– Здравствуйте! Последнее событие было буквально перед Пасхой, пасхальное такое послание Патриарха Илии ко всему народу, в котором он высказал мысль о полном запрете абортов. Далее события развивались так: Поместная Сербская Церковь поддержала общественность верующих врачей и тоже эту инициативу решила как-то начать подводить к законодательной основе. И недавно Сейм литовский отозвался и осенью будет рассматривать принятие закона о запрете абортов. Вот в этой связи как Русская Православная Церковь относится к запрету абортов у нас в России?

– Ну а Вы что, не знаете?

– Знаем, но хотелось бы …

– Так же относится, как Православная Церковь относилась к этому тысячу лет назад и две тысячи лет назад, и об этом есть церковные Каноны, и об этом говорено. И даже когда мы с отцом Максимом Обуховым начинали этот труд двадцать с лишним лет тому назад, то тогда Церковь тоже таким образом выступила. А то, что теперь уже это стало большим движением, это, конечно, радует, но как Церковь может относиться к убийству невинных людей? Тут никаких не может быть вариантов. Я даже считаю, что аборт по медицинским показаниям всё равно является убийством. Почему выбирать мать по отношению к ребёнку? Одно дело – плод уже погиб, это другое дело. А так, если ребёнок жив, по-моему, приоритет должен быть ребёнку. Вот как солдат: он в армии, и там какая-то ситуация возникла, и он идёт и умирает, потому что это его призвание. А призвание матери разве не отдавать свою жизнь за детей? А у нас какая-то дикость, всё с ног на голову, поэтому Церковь всегда однозначно относилась к детоубийству. Даже то, что у нас сейчас именуется противозачаточными средствами, также Церковью всегда отрицалось как какие-то приемлемые технологии, потому что это покушение на убийство. Я уж не говорю о том, что большинство средств прямо абортивные, то есть это тоже убийство в несколько завуалированной форме. Но если тебя убивают из-за угла, а не прямо ножом в живот, то от этого убийство не перестаёт быть убийством. Поэтому тут и нечего обсуждать.

– Но этот закон, если с такой инициативой выйдет общественность, а законодатели поддержат, то он может быть тоже резонансным на уровне того закона, который был принят совершенно недавно по защите детей от пропаганды гомосексуализма.

– Если, конечно, общество дозреет. А оно дозревает, потому что сейчас уже цифра людей, настроенных против абортов, у нас в стране всё время растёт. Я за этим внимательно слежу, так как для меня эта тема – одна из главных в нашей жизни. И если нам, стране нашей, потому что это общенародное, конечно, дело, удастся всё-таки это привести к какому-то законодательному акту, это будет большое благо.

– То есть Вы считаете, что всё-таки аборты в России должны быть запрещены без каких-либо оговорок?

– Разумеется.

– Вы знаете, как «Карфаген должен быть разрушен», так «аборты должны быть запрещены»?

– Конечно. Но если мне скажут: они могут быть запрещены, но в течение десяти лет, как при Сталине… Существует такой миф о том, что Сталин запретил аборты. Ничего подобного. Были запрещены определённые виды, и общее количество абортов практически не снизилось. Поэтому надо это всё просто знать.

– Это будет полумера.

– Это были полумеры, и это было благом. Даже эти полумеры дали определённый результат. Поэтому я считаю, что если те люди, от которых это зависит, согласятся на полумеры, и мы сохраним жизнь, допустим, не четырёх миллионов младенцев в год, а два миллиона в год, то это уже будет огромным шагом. Пусть наш прыжок, знаете, есть такой вид спорта – тройной прыжок, если мы за три прыжка перешагнём эту яму, это будет благо. Я работал в комиссии вместе с Минздравом, и мы сократили список абортов по социальным показаниям с тринадцати пунктов до трёх. Мы тем самым в течение года сократили количество убийств детей в стране на шестьдесят тысяч. Да, в масштабах миллионов, которые убиваются, это незаметная цифра, но шестьдесят тысяч – это целый город. И это уже благо, потому что, если бы мы в то время сказали: «Нет, запрет всех абортов во что бы то ни стало, и идите вы», нас никто бы не слушал, сказали бы: «Это сумасшедшие, с ними нельзя ни о чём договариваться». Поэтому лучше сделать мало, но сделать, чем просить много и не сделать ничего. А так принципиально позиция, конечно: аборт как вопиющее богопротивное фашистское дело не должен быть. Хватит уже кровушки русской пролилось.

– Ещё такой вопрос. Сейчас так называемое гражданское общество (словосочетание «гражданское общество» мне не очень нравится, но тем не менее) как-то пробудилось. И люди стали активно себя посвящать добровольческому служению, активизму и прочее. И эта тема начинает подниматься молодёжными разного рода организациями. Их линия поможет укрепить позицию законодателей, чтобы принять этот закон?

– Конечно. Конечно. Я, например, очень рад, что появилось огромное родительское движение, которое включает в себя разных людей. Некоторые люди меня называют, например, агентом ЦРУ. Мне это даже очень нравится. Кем бы ни называли, лишь бы их было больше. На разной почве, с разными убеждениями, разными пристрастиями, разными эстетическими привязанностями, но главная цель – защита семьи, материнства и детства. Это просто прекрасно. Рождение любой такой организации я только приветствую. Пусть хоть чугунным горшком называют, лишь бы это было. И конечно, и правительство, и президент замечают это. Правительством всё мониторится: что происходит в стране, о чём люди думают, какие идеи популярны. И очень же многое берётся, например, из программы коммунистов. Коммунизм как идеология неприемлем и мною, но это совершенно не мешает хорошо относиться к Геннадию Андреевичу. Это абсолютно никак не связано. Одно дело коммунизм, а другое дело люди, которые его исповедуют. Лучше бы, конечно, развивать такой церковный подход: Церковь не борется с людьми, Церковь борется за людей. Очень многие сектанты наши меня не понимают, в прокуратуру жалуются, что отец Димитрий призывает громить секты. Но громить идеологически, а не то что винтовки снайперские всем раздать – ну что это такое? Совершенно не наши методы. А просто говорить всё как есть: как мы относимся к этому явлению, в чём его неправота, и так далее. Так же и в этом отношении, поэтому я всей душой. И думаю, все церковные люди это разделяют. Кроме, так сказать, больноватых – такое тоже явление есть.

– А если, допустим, в ближайшее время (я уже говорил про гражданское общество, ну не модно, но проводят такие акции, как шествия, марши) – вот если общественные организации пролайфовские договорятся и проведут совместное мероприятие – шествие, и тематика будет за запрет абортов. Это богоугодное дело, следует этим заниматься?

– Вообще, шествия и митинги как инструмент существуют. Это одна из форм выражения общественного мнения. И мы видим, что, если шествие большое, больше пятидесяти тысяч человек, на него уже обращают внимание и власти предержащие. Более того, это влияет даже на врачей, у которых это бизнес. Они могут заранее: а, движение ширится, ну-ка я лучше на урологию переквалифицируюсь, пока не поздно, а то рынок будет занят, и чем я буду заниматься. А то на кожные заболевания, которые очень трудно поддаются лечению, поэтому всегда есть на что жить с этого. Хотя это самое простое: зарезал ребёночка – денежки получил. Поэтому как инструмент да. Но мне представляется: надо всегда думать на несколько ходов вперёд. То есть если я провожу шествие, это всё-таки громоздкая по подготовке вещь, а дальше-то что в сухом иметь остатке? Гораздо эффективнее написать статью и сделать её достоянием большого количества людей. Гораздо эффективнее из тех молодых людей, которые постояли с плакатиками и разошлись (пикет такой, но ничего нового они не сказали), вот если собрать из этих двадцати молодых людей группу лекторов. У нас есть прекрасно разработанные противоабортные лекции – пойдите в школы. У нас очень эффективно двадцать лет эта работа ведётся. Восьмиклассники и девятиклассники – им эту лекцию, они никогда её не забудут. Ребята с ними на их языке, с показом слайдов, фильмов – и они уже не будут делать аборты или, по крайней мере, не бездумно. Представляете, собрать молодёжь и организовать такое движение – это, конечно, сложнее. И вряд ли уже тебя по телевизору покажут, поэтому, если мы для собственной славы, потому что получается, на деятельность тратится много энергии и даже денег: бумага, краски, а на выходе ноль. А вот такая работа просветительская чрезвычайно эффективна. А уж если создать ещё один фильм! Представляете, взять всё наше пролайфовское движение – там сотни тысяч людей. Если бы они хотя бы собрали по копейке, и сделать фильм для школьников, заказали бы, допустим, Первому каналу телевидения – эффективность гораздо больше. Или, допустим, все молодые люди сейчас работают в интернете. Они бы могли эту статью антиабортную, где разбирается всё… Я помню, мы начали свою деятельность, и я вот такого формата написал листовку «Не убий», и распространили тиражом десять миллионов экземпляров, понимаете? А сейчас в интернете можно вообще…

– Это какой год?

– Это было ещё в девяностые.

– То есть до того, как появилось интернет-пространство, из рук в руки, получается, глаза в глаза?

– Из рук в руки, глаза в глаза.

– Может, это и плоды: пролайфовское движение ширится и ширится.

– Конечно, но оно само уже живёт. Никто про меня не вспоминает, но это неважно. Или акции в метро, когда наклеили, и все жители Москвы (тогда все на метро ездили) это увидели: аборт – узаконенное убийство. Всё, поставили перед фактом людей. Возмущались – неважно: оповестили, что это узаконенное убийство. Человек задумался, всё равно задумался, на это и картинка была рассчитана, чтоб человек задумался. Такая шоковая терапия – это эффективно. Сейчас это неэффективно. Поэтому лучше бы вот эту энергию молодых людей преобразовать таким образом, чтобы они не повторяли эти западные стандарты, где идут вяло, улыбаясь, бия в какой-нибудь бубен, молодые люди. Ну прошли, ну полицейские – дальше что? Вот, заявили о себе. А Васька слушает да ест. А работать с общественным мнением, работать с молодёжью, работать в социальных сетях, вызывать всю аудиторию страны на диалог. А ты за кого? За фашизм, за убийство собственного народа? Ты кто? Давай поговорим. У молодёжи нечасто много своих мыслей рождается, а больше они повторяют то, что услышали от взрослых. Нужно молодёжь вооружить ответами на всякие вызовы либеральные. А либеральные сиречь – это самоубийство, потому что либерализм – это смерть человечества.

– Трудно не согласиться, да.

– Ну давайте поспорим, чего там, аргументы-то есть. И, конечно, если бы кто сумел, захотел всю эту молодёжь – вот такого рода задания, мы бы без всяких этих шествий. А шествия – это когда, допустим, в Думе закон уже лежит, первое чтение, и вот в поддержку шестьсот тысяч человек по Москве идёт молодёжи – вот это…

– А лучше мамы молодые с колясками.

– Да мамы тоже присоединятся. Все. Просто у нас мощение улиц не предполагает, чтоб с колясками ездили. Мам нужно поберечь. А их папы, допустим, с фотографиями мам, – это было бы замечательно. Вот это было бы да, как некая кульминация. Тут надо всё видеть: стратегию, тактику. Тогда это будет эффективно, поэтому я за эффективность. Мне очень жалко энергии людей, просто траты впустую. Я помню, когда я поступал в семинарию, там одного парня спрашивают: «А как Вы относитесь к спорту?» Он говорит: «Да лучше поработать». Ну прекрасно, на всю жизнь запомнил. Да, спорт – возьми лопату, вскопай огород. Возьми лопату, почисти снег. Возьми четыре сумки и всех инвалидов в своём подъезде обеспечь едой – вот тебе будут и гири, это же эффективнее. А мышцы те же, и плюс польза.

– Спасибо большое, очень хорошо.

– Рад стараться.


Дорогие братья и сестры! Наш мультиблог существует только благодаря вашей поддержке. Мы очень нуждаемся в вашей помощи для продолжения этого проекта. Помочь проекту
Комментарии.

    Комментариев 11

    1. Liid:

      Несколько лет назад я совершила этот страшный грех.Я думала,что на 5 неделе беременности еще нет в зародыше никакой жизни,что это всего лишь «растущая клетка».Гинеколог меня даже не пробовала отговаривать,сразу согласилась…Осознала этот тяжкий грех только тогда,когда стала слушать о.Димитрия.
      Можно ли попросить у отца Димитрия эти лекции,о которых он говорил в данной беседе?Я хочу организовать в школах для старшеклассников.Может,хотя бы 1 человек не повторит моих ошибок.

    2. intacto:

      мама моя была рождена именно благодаря запрету на аборты в сталинское время- у бабушки уже было две дочери, обе этих дочери были достаточно взрослыми. На подпольный аборт она просто не решилась — дед отговорил — сказал: «Хочешь сиротами оставить двоих?» У мамы (1950 г.р.) двое детей — я и брат, внуки уже … А могло случится и так, что этой нашей ветки семейного древа и впомине не было.

      • K-Svetlana:

        я тоже родилась на свет потому, что моя мама ушла в последний момент, теперь у меня уже 2 внука.

    3. len_kor:

      Отец Димитрий, любимейший, прав, прав, в очередной раз прав! Ходим стадом, а надо разумными становится — обществом с наличием речи=общения. Проблема в страхе: человеческое общество перестало общаться, прикрываясь смайликами и кавычками, а рот боимся раскрыть из-за внутренней неустроенности духа. Надо разумевать=познавать Бога, нашу святую веру, быть верным чадом Церкви, чтоб иметь дух Христов. («Которые во Христа крестились, во Христа и облекаться тем самым должны!») Новое — хорошо забытое старое: поговорить по душам «за жизнь»! Да, конечно же, с молодежью. Нынешним героям необходимо вооружиться двумя вещами: знанием и любовью (!) к слабым, уязвленным грехами раз\врата от Истины. Прежде нам надо самим иметь представление об Истине, духовной и мирской жизни, их законах, а это приход обучается под внимательным попечением пастыря и каждый индивидуально по мере своей ревности в борьбе за жизнь: наипервейшим образом — вечную, а также для нашего земного отечества жизнь будущую, возможной лишь при наличии детей и нашем воспитанием их в духе русского общества, граждан Святой Руси, наследующих русский язык, дающий будущее русскому народу и далее («идите и проповедуйте во все языцы-народы»).

    4. MISHA67:

      Ну да ,а кто родился того травят как крыс

      • len_kor:

        Ну, и что теперь? Плакать? И тех, кто рожает, тоже травят. Ручки то не надо складывать и сдаваться. Вперед — к Свету, Христу, Троице! К жертве ни чужой, а своей, самим собой, и, уж, высший пилотаж — своими детишками: «жертва Богу — дух сокрушен»! Мы не имеем права предавать ни себя, ни свою веру, ни свой народ. Надо воспитывать… ТВ, уличная реклама, весь этот «СоюзПечать» воспитывать (возделывать, призывая к культуре цело\мудрия, через закон, заявления, убеждения, просвещение или просто вырабатывая как в себе, так и в детях иммунитет к их воздействию), чтоб хотя бы не развращали народ, и через это всё тоже — опять же ВОСПИТЫВАТЬ непосредственных потребителей — народные массы. А, вообще то, начинать с себя: своих детей воспитывать своим примером, который в свою очередь соотносить с учением Церкви: Священным писанием, преданием, святыми отцами, без излишнего пустословства и обмана = «взаправду», а не «понарошку» типа: «В церковь сходил, вышел — «руки умыл»: «Имей мя отреченна», и каждому встречному-поперечному морду так и намылил» («Ну, я ж не кулаками, а словесно! А ведь мог бы и…») Короче, некогда грустить, делом займись! (Не знаешь каким, о.Дмитрий все сказал.) Бог есть!

        • mtn:

          Вот это правильно. Никто нас не травит мы сами травимся причем с удовольствием, потому что пассивные и ленивые.

    5. TINA R:

      Замечательный план действий! Помоги, ГОСПОДИ!

    6. msa:

      спасибо

    Написать комментарий

    Вы должны войти как зарегистрированный посетитель, чтобы оставить комментарий.