Продолжая пользоваться сайтом, Вы соглашаетесь с условиями Политикой обработки данных, подтверждаете, что уведомлены о действующей Политике конфиденциальности и Положении о персональных данных, включая факт использования на сайте «Яндекс.Метрика».

О святителе Алексии, митрополите Московском
Интервью протоиерея Димитрия Смирнова для документального фильма "Род Игнатьевых. Семь столетий". Интервью берёт продюсер фильма - Марина Бутусова-Штутц. 9 ноября 2019 года.

Марина Бутусова-Штутц: Здравствуйте, отец Дмитрий! Огромное Вам спасибо, что согласились на интервью. Мы специально приехали из Франкфурта, чтобы записать именно Вас, именно Ваше мнение, Ваши слова, чтобы Вы рассказали нам Ваше видение значимости фигуры святителя Алексия, митрополита Московского. Я знаю, что Вы об этом высказываетесь уже на протяжении многих лет, не устаёте об этом повторять. Очень хотелось бы, чтобы Вы рассказали об этом для нашего фильма тоже.

Протоиерей Димитрий Смирнов: Если я высказываюсь, то только в день его памяти во время храмовой проповеди, или когда кто просит. Конечно, святитель Алексей сыграл очень большую роль в нашей истории, поэтому его прекрасный образ – это образ, как я люблю говорить, обыкновенного русского гения. Его заслуги перед нашим Отечеством огромны. Более поздних деятелей нашей истории, хотя и меньшего масштаба, в силу их приближённости во времени как-то чаще поминают. И потом, в течение семидесяти лет, даже больше, я думаю, до нашего времени, ещё со времён Надежды Крупской они были изъяты. Мы строили всё в воспитании детей на основании такого очарования, как Парижская коммуна. Всё хвалят советскую школу, но такие имена, как святитель Алексей или преподобный Сергий Радонежский были изъяты. Не удалось ничего с Александром Невским. Благодаря гениальному, замечательному фильму, все знают Александра Невского. Житие, конечно, никто не читал, но Церковь – хранительница народных и исторических преданий. Для нашего Отечества Церковь создала историю благодаря летописям и житиям, а так бы всё стёрлось из памяти. Святитель Алексей – это ярчайшая звезда на небосклоне нашей истории и русской святости, он и сияет. Он спаситель Руси, главная фигура.

- В чём это выражается?

- Во-первых, в том, что он был регентом при Димитрии Ивановиче, будущем Донском, который совершил такое чудо, как победа на Куликовом поле. Не он сам, под его руководством, по благословению преподобного Сергия. Вся эта духовная и нравственная закваска шла от его воспитателя митрополита Алексея. Он, будучи прозорливцем, чрезвычайно образованным для того времени человеком, знающим несколько языков, в том числе греческий, переводил Святое Евангелие на приближённый к его современному звучанию русский язык, то есть приближал самую главную книгу книг. Книг было вообще немного, книгопечатания ещё не было. Он приближал к тому, чтобы люди могли слышать Евангелие на более понятном языке. Конечно, Дмитрий Иванович принял это не с молоком матери, а от учения человека, который был практически первым лицом государства.

- Он был, действительно, государственником. То, что он изменил...

- Первым делом он был духовным человеком. А когда человек свою духовность и святость направляет на пользу народа, а государство – это одна из форм управления, то это для народа великое благо. Одно дело, руководитель государства – трус или предатель и неуч, по-старинному болван, а другое дело, когда это светоч. Людей его масштаба и образованности было, как на одной руке пальцев.

- То, что он изменил принцип престолонаследования...

- Это не он изменил, а Дмитрий Иванович.

- Но это плоды его воспитания, скажем так.

- Воспитание тут повлияло, потому что это мог сделать действительно только человек, который видит далеко вперёд. Действительно, он изменил форму престолонаследия, которая до этого была сотни лет. Это позволило сыну Дмитрия Ивановича стать великим князем, тогда междоусобица просто выдохлась. А так должен был старший по возрасту брат среди Рюриковичей наследовать Дмитрия Ивановича. Дмитрий Иванович сумел это изменить. Конечно, в этом авторитет и победы, потому что он был такой победоносец.

- Чудо прозрения Тайдулы. Об этом очень много говорят, Церковь об этом знает. Если можно, расскажите об этом и о том, какое это сыграло значение для облегчения бремени русского народа от татарской орды.

- Каждый отец любит свою дочь, тем более есть предание, что она была очень хороша собой, может быть, послушна. И вдруг она ослепла. Митрополит Алексей дерзнул просить у Бога её исцеления. Не побоялся, что говорит о его огромном мужестве. Чего для страны и народа не сделаешь! Он чувствовал свою ответственность. Превеликий генералиссимус Сталин на передовой ни разу не был, когда была война, а этот поехал в самое пекло, где многие русские люди, даже обременённые княжеством, заканчивали свою жизнь.

- В Орду?

- Да, в Орду. Мы были в таком вассальном положении, Орда обкладывала данью, не только златом и серебром, но и молодыми людьми, которыми она торговала и отдавала их в рабство по всему миру на невольничьих рынках, в частности в Крыму. Он помолился Богу, и она прозрела. Господь услышал его молитву, что говорит о его святости, Бог был близок к нему. Конечно, против такого чуда не мог устоять хан, отблагодарил его, дал ему спокойно уехать и очень проникся к нему. Это завоевало огромный духовный авторитет. Я знаю такой случай, наш покойный патриарх Алексей был в Узбекистане. Там засохло одно дерево близ могилы пророка Даниила. Он окропил его водой, а на следующий год это дерево зацвело и покрылось листьями. Об этом помнит каждый узбек теперь. Первое, что я услышал, когда приехал на поклонение к этому погребению, мне сказали, что патриарх Московский здесь был.

- Ведь это чудо прозрения Тайдулы привело к тому, что налоговое бремя несколько ослабло, стало хоть немножко легче жить.

- Безусловно, это была благодарность хана, что тоже дало возможность подготовиться к будущей сечи.

- Куликовской битве.

- Да.

- То, что святитель Алексий объединял вокруг неокрепшего Московского княжества князей, он пестовал этот росток, как Вы говорили, цитирую Вас сейчас. Вот об этом, если можно, немножко, отец Дмитрий.

- Именно своим духовным авторитетом. Такое в истории случалось, например, один из последних Афонских святых, Силуан Афонский. Когда у него спрашивали, как он управляет теми рабочими, которые трудятся в монастыре, потому что многие приезжали побыть трудниками, он отвечал: “А я молюсь за каждого”. Образ такого не просто правителя, сатрапа, деспота, а именно человека, во-первых, мудрого, во-вторых, овеянного благодатью Божьей, в-третьих, чрезвычайно образованного.

- И очень авторитетного.

- Да, именно в силу этого. Даже всегда на иконах он изображён умным и просвещённым человеком, просто глаз не оторвёшь от его лика. Хотя мы фотографий не имеем, но как-то сразу узнаём. Конечно, вот это всё влияло, это целый период возрастания Дмитрия Ивановича, пока он окреп, стал таким сильным и бесстрашным воином, тоже весьма и весьма неглупым. Поэтому, если Дмитрий Иванович проникся, то и те князья, которые имели общение с митрополитом, прониклись. И потом, это была центральная фигура, ему все Церкви подчинялись административно и духовно. Когда это совпадает – данная человеку от Бога власть плюс его совершенство душевное – никто не может с ним сравниться.

- То, что он перенёс митрополичий престол, ведь это тоже имело значение на тот момент, XIV век?

- Конечно. Первое для этого сделал митрополит Пётр, тогда ещё митрополит Киевский. Эту, если можно так выразиться, идею святитель Алексей подержал. Он увидел в Москве и местоположение особое, ну и, конечно, был духовный взгляд на вещи, потому что благодать Святого Духа просвещает каждого человека. Мы знаем из истории Церкви такие случаи, когда неграмотный человек, как Мария Египетская, вдруг наизусть знала всё Священное Писание. Представьте, книга, напечатанная некрупным шрифтом, а она знает наизусть. Как? От Духа Свята. Он от Духа Свята и врачебные действия с Тайдулой совершил, и видел вперёд возможность России устоять после разгрома Киева и опустошения. Россия сдвинулась на север, чтобы сохранить себя, потому что татар было великое множество, а у нас раздробленность. Совершенно понятно, что один прут легко сломать, а веник уже довольно трудно. Он потратил всякие усилия, чтобы сохранить и веру, и Церковь, потому что без веры и Церкви мы видим, во что наш народ превратился.

- Собственно, на основе веры и Церкви он формировал государственность. Получается так, что прежде всего он был святителем, но и государственником тоже.

- Понимаете, государственность – это инструмент, дело второстепенное, там могут быть всякие оттенки, могут быть заимствования.

- Ему пришлось взять на себя, я так понимаю, эту ответственность, у него не было выбора.

- Дмитрий Иванович был слишком мал, ещё совсем отрок, поэтому он дерзнул. Позже он предложил, уже будучи преклонного возраста, преподобному Сергию, другому спасителю Руси, который пошёл другим путём, из леса. Собрал учеников, учеников своих учеников, и организовал более сотни духовных школ по всей России. Он понимал, что нужно создавать не чиновничий аппарат, а учителей нравственной жизни на основании Евангелия. Его ученики переквасили Русь. По дорогам было страшно ездить, кругом лихие люди.

- Что значит переквасили Русь?

- Из полубандитов, которые продавали всё и вся, стали люди, готовые жизнь отдать – это же переквасить.

- Ведь святитель Алексей тоже создавал монастыри, так же, как и Сергий Радонежский.

- Ну конечно, как любой митрополит и епископ, потому что монашество – это гвардия Церкви. Сама Церковь – это воинство, а это гвардия, люди, которые отдают всё имущество, свои будущие семьи, от всего этого отказываются и исполняют послушание.

- Чудов монастырь – это как раз заслуга святителя Алексея. Легендарный Чудов монастырь, разрушенный.

- Да. Я терпеть не могу это слово, потому что это не легенда, а настоящий монастырь.

- Да, но теперь уже легенда.

- Восстановим, ещё немножко деньжат.

- И основание Самары приписывают как раз святителю Алексию по его прозорливости, и нынешний Зачатьевский, бывший Алексеевский монастырь.

- Да.

- У Вас ещё звучала такая мысль, очень интересная, мне кажется, многие попытаются её оспорить, о том, что святителя Алексия можно поставить выше, например, абсолютно почитаемого нами князя Суворова-Рымникского.

- Может быть я так и говорил, я, конечно, этого не помню, но безусловно. Суворов безусловный гений, у нас таких вообще всего три: Александр Васильевич, Фёдор Фёдорович Ушаков, ни одной кампании не проиграл, и Скобелев, все выиграл. Ни один народ не имеет столько гениев полководцев, но Александр Васильевич самый яркий из них, в силу своего характера. Фёдор Фёдорович тоже яркий, но у него яркость такая монашеская, он женатым не был. Александр Васильевич просто в определённую эпоху как-то для Руси очень много сделал, чтобы поднять её знамя, но это всё-таки локальная задача, а святитель Алексей – спаситель России. Александр Васильевич, куда его императрица посылала, там и служил. Как у нас всегда модно в России, после этого его репрессировали так или иначе. Это самое обычное дело.

- В ссылку.

- Ну ссылка – это же чепуха, это не как Рокоссовскому все зубы выбили или Сергею Королёву челюсть сломали. В ссылке на клиросе пел, очень любил церковную службу. Гением полководческим он был, даже Наполеона мечтал остановить. Он говорил: “Мальчишка что-то зарвался, надо его остановить”. Конечно, он ему дал бы, потому что он это как-то очень чувствовал, как устроена война.

- Если бы была проиграна какая-то битва, как, допустим, Альпийская кампания, которая оказалась неудачной, последняя кампания Суворова, но это не было бы такой трагедией для России.

- Вот я на Чёртовом мосту служил во время юбилея панихиду. Как неудача, когда швейцарцы до сих пор помнят?

- Швейцарцы помнят его, как национального героя, там музей и памятник, что против закона Швейцарии.

- Там памятник ему стоит. Ему, Суворову.

- Я к тому, что даже если битва была неудачной с той точки зрения, что не удалось разбить французов, да, они были вытеснены с территории Швейцарии, но цель Суворова не была достигнута.

- Ну да, в пух и прах не удалось разбить, это верно.

- Случаются какие-то неудачи военные, но святитель Алексий – это немножко другой масштаб. Даже если проиграна битва, это совершенно другой уровень.

- И Русь-то была по сравнению с XVIII веком просто микроскопическая. У нас на Куликовском поле погибло огромное количество народа, но у нас только в 1941 году расстреляли в шесть раз больше, но свои же, за разные какие-то вещи. Несравнимо, масштаб Руси был мал, но это не важно. Если в процентах, то на фоне Руси это гигантская фигура.

- Опять же, очень интересна Ваша мысль о том, что наиболее чтимые святые, кто у ирландцев, кто у чехов. Если можно, озвучьте эту мысль для фильма. У ирландцев, допустим, святой Патрик, у чехов святая Людмила. Это как раз были Ваши слова. Я цитирую сейчас Вас.

- Такие люди, как святитель Алексей, преподобный Сергий, Александр Невский – это гиганты. Преподобный Серафим Саровский, Иоанн Кронштадтский, которые открывали новую эпоху русской святости. Я рад за ирландцев, что у них есть святой Патрик, но недаром Русь – святая.

- Это чудо, а ведь это тоже чудо, спасения святых мощей святителя Алексия. Если можно, об этом тоже несколько слов.

- Да, сейчас они почивают в Елоховском соборе, потому что Успенский собор принадлежал государству, и сейчас принадлежит, нам только дают там послужить. И за это спасибо большое. Поэтому перенесли, чтобы народ мог прикладываться, потом уже не стали переносить назад. А это был небесный покровитель, что тоже чудо. Взяли руководители государства, которые по крайней мере официально заявляли о своём атеизме, а вот оказали такое снисхождение нашему кроткому святителю. Так что за всё слава Богу.

- Спасибо Вам огромное, отец Дмитрий. Наш фильм, который называется “Род Игнатьевых. Семь столетий", неслучайно начинается именно с фигуры святителя Алексия, потому что в том числе его отец, черниговский боярин Фёдор Бяконт, был родоначальником рода Игнатьевых. Этот род впоследствии дал России очень много выдающихся людей, служащих и на дипломатическом поприще, и в православии тоже. Сейчас, в XX веке, это продолжилось в рассеянии, в эмиграции, тем не менее продолжается. Последний представитель этого рода — это настоятель Франкфуртского храма отец Дмитрий граф Игнатьев, который является старейшим священником Германской епархии. На мой взгляд даже как-то символично, что один отец Дмитрий рассказывает пусть об опосредованном, но предке другого отца Дмитрия. Для нас это очень важно.

- Один мой предок Дмитрий Смирнов, священник, был настоятелем храма, где я служил в начале своей священнической карьеры, так что это не так уж удивительно.

- Но для нас это символично.

- Ну слава Богу.

- И то, что Вы согласились, отец Дмитрий, и выделили для нас своё драгоценное время, спасибо Вам огромное.

- Я очень почитаю вообще всех святителей Московских. Каждый из них потрясающая личность, поэтому очень рад послужить этому делу. Дай Бог успехов вашему фильму.

- Спасибо огромное и низкий поклон.

- Всего доброго! Помоги Господь!


Дорогие братья и сестры! Наш мультиблог существует только благодаря вашей поддержке. Мы очень нуждаемся в вашей помощи для продолжения этого проекта. Помочь проекту
Комментарии.

    Один комментарий

    1. DMI3:

      Спасибо за интересный сюжет.

    Написать комментарий

    Вы должны войти как зарегистрированный посетитель, чтобы оставить комментарий.